veritas4 (veritas4) wrote,
veritas4
veritas4

Переправы и перепутья Сирии

В конце сентября — начале октября в Сирии наступила завершающая фаза военных действий. Деблокирование Дейр эз-Зора с выходом сирийской армии и поддерживающих ее российских ВКС на берег Евфрата активизировало боевиков запрещенных в РФ «Исламского государства» (в этом районе) и «Джабхат ан-Нусры» (в провинции Идлиб), наступления которых, по мнению отечественных военных, было спровоцировано их американскими кураторами.

Одновременно возросла дипломатическая активность на российско-турецком и российско-саудовском направлениях, а Китай выразил готовность присоединиться к переговорам в Астане. Рассмотрим ситуацию в Сирии на основе материалов эксперта ИБВ Ю. Щегловина.

Пограничная гонка

Российские военные возвели мост через реку Евфрат в нескольких километрах от города Дейр эз-Зора. По нему на восточный берег перебрасываются военная техника и личный состав армии САР. Переправа по малому автодорожному разборному мосту (МАРМ) протяженностью 210 метров обустроена под обстрелами менее чем за двое суток. МАРМ выдерживает вес тяжелой бронетехники (танки, БМП и реактивные системы залпового огня). Пропускная способность — восемь тысяч машин в сутки. Мост будет использоваться и для доставки гуманитарных грузов в освобожденные поселки и эвакуации раненых. Правительственные войска освободили большую часть Дейр эз-Зора в начале сентября. Основные силы ИГ отброшены на восточный берег. До возведения МАРМа передовые отряды сирийской армии переправились через реку на понтонах. Сейчас основные силы правительственных войск готовятся к форсированию Евфрата.

Появились сообщения о том, что из Дейр эз-Зора сняты подразделения сирийского спецназа — их перебрасывают на восточный берег Евфрата для боев за основные нефтяные поля района, 80 процентов которых контролируют племенные суннитские милиции, а ИГ получает «налог» за охрану и покровительство. Новый этап битвы за Дейр эз-Зор заключается в установлении Дамаском контроля над большинством нефтепромыслов провинции и выходе правительственных сил на границу с Ираком. Это генеральная задача, решение которой окончательно сломает сопротивление ИГ. О Ракке не говорим, наступление на нее затормозилось, поскольку все проамериканские отряды брошены в Дейр эз-Зор, чтобы сорвать решение этой задачи.

В Пентагоне появились доклады о том, что вероятность открытого столкновения между российскими и американскими силами очень высока. При этом американцы основным камнем преткновения называют гонку между Москвой и Вашингтоном за установление контроля над сирийско-иракской границей.

На восточном берегу Евфрата дело идет к кульминации, поскольку налаживание переправ свидетельствует о том, что взятие города откладывается, а центр сопротивления ИГ в нем заблокирован. При участии российских специалистов сорван план американцев снизить динамику наступления сирийских правительственных сил, сковав их в уличных боях за Дейр эз-Зор и отвлекающим ударом просаудовских групп оппозиции из Идлиба.

Говоря о последнем, отметим: потери в живой силе и технике и перманентные удары российской авиации и ВМФ по тыловым узлам снабжения и логистики «Джебхат ан-Нусры» (ныне «Тахрир аш-Шам») не оставляют Эр-Рияду поля для маневра по просьбе Пентагона с этого направления.

Саудовцы опасаются, что окажутся обескровленными перед решающими схватками с протурецкими группами в Идлибе. То же самое верно и для Дейр эз-Зора, где сторонникам ИГ дали приказ стоять до конца. Это не исключает попыток прорыва из осажденной части города и отвлекающих ударов на других направлениях, но пока упор делается на развитие наступления на восточном берегу Евфрата.

Становится принципиальным вопрос о реакции сирийских курдов на перспективу открытого столкновения с сирийскими же правительственными силами на занятом ими плацдарме и реакции американских военных на это. Существенно, будут ли американцы задействовать авиацию для сдерживания наступления асадовских войск. Такой вариант вероятен, если вспомнить реакцию Пентагона на продвижение шиитской милиции на юге Сирии к границе с Иорданией и Ираком. Но в Пентагоне как оптимальный вариант снижения возможных открытых столкновений рассматривается активизация трех имеющихся каналов связи с российской стороной. Это говорит о том, что США не готовы к открытому силовому противодействию России.

Лояльные им отряды Сил демократической Сирии (СДС) с 14 сентября подвергаются воздушным атакам сирийской и российской авиации.

Если ВВС коалиции не начнут наносить сдерживающие удары, курдам скорее всего придется отходить с занятых позиций или ограничить дальнейшее продвижение. В этом случае надо учитывать позицию местных суннитских племен, которые, похоже, из двух зол (Дамаск и курды) пока выбирают вторых, беспрепятственно пропуская их через свою территорию. Снять проблему чисто военными способами сложно. Наступление решит этот вопрос лишь временно, но после выхода на иракскую границу с местными племенными вождями придется договариваться. Значительная их часть находится под опекой американцев, которые вывезли на север Сирии часть шейхов с семьями, так что договориться будет непросто.

Эр-Рияд в пол-оборота к Москве

В Москве убеждены: предстоящий визит короля Саудовской Аравии Салмана придаст импульс двусторонним отношениям. На деле его приезд в Россию до последнего момента под вопросом и в силу состояния здоровья монарха, и по причине начала процедуры передачи верховной власти в КСА его сыну М. бен Салману. Этот процесс отложен скорее всего до конца года в силу возражений как внутри правящей семьи и клерикальной элиты, так и из-за проблем в проведении непопулярных экономических и социальных реформ. Кроме того, Москве и Эр-Рияду не о чем договариваться.
Сирия: переправы и перепутья

В экономике, помимо соглашения об ограничении объемов добычи нефти, прогресса нет. Основным в двусторонних отношениях является «сирийское досье». После переговоров на уровне министров иностранных дел и появления просаудовской оппозиции на переговорах в Астане произошел откат, свидетельством чего стала недавняя атака «Джебхат ан-Нусры» из Идлиба. Этот нелогичный шаг сделан по просьбе США для отвлечения сирийских правительственных сил от наступления в Дейр эз-Зоре. Приказ на такую акцию мог дать только лично наследный принц и министр обороны КСА М. бен Салман. Сложно представить себе, что он сейчас приедет в Москву. Нужна пауза.

Можно сделать вид, что Эр-Рияд никакого отношения к «Джебхат ан-Нусре» не имеет, но это ничего не меняет. Примирительная риторика российского МИДа не отражает степени раздражения саудовским поведением в Сирии. Россия продолжает карать сторонников «Джебхат ан-Нусры» в Идлибе. Пять влиятельных полевых командиров, руководивших террористами, напавшими 18 сентября на российских военных полицейских, уничтожены в ходе спецоперации. Как сообщил 27 сентября официальный представитель Минобороны России генерал-майор Игорь Конашенков, «в результате удара ликвидированы пять полевых командиров, в том числе Абу Сульман ас-Сауди (начальник южного сектора провинции Идлиб), Абу аль-Аббас Анадин (эмир по финансовым вопросам), Абу Хасан (советник военного министра Абу Мухаммада аль-Джулани), Валид аль-Мустафа (помощник духовного лидера Абдаллы аль-Мухейсни), а также Абу Муджагид (шариатский судья)». Судя по прозвищам, некоторые — выходцы из Саудовской Аравии.

Спецмероприятия по поиску и нейтрализации всех боевиков, причастных к нападению на российских военных в Сирии, продолжаются. Командный состав и боевая инфраструктура «Джебхат ан-Нусры» в Идлибе будет уничтожаться дальше, в том числе в назидание просаудовским группам. Кроме того, Москва, учитывая явную ненадежность партнеров из КСА и их колебания в соответствии с американской стратегией, взяла курс на максимальное ослабление просаудовского сегмента вооруженной оппозиции в Идлибе. Если вспомнить о проекте строительства защитной стены на границе с Сирией для установления контроля над каналами материально-технической помощи «Джебхат ан-Нусре» с турецкой территории, несложно предположить, что мы становимся свидетелями начала серьезной конкурентной борьбы Анкары и Эр-Рияда за доминирование над боевиками оппозиции в Идлибе.

Россия явно на стороне Анкары. Начинается этап выдавливания просаудовских групп из Идлиба и их поглощения протурецкими оппозиционными формированиями. Если этот процесс пойдет активно, а участие российских ВКС и флота будет очевидным, говорить о скором российско-саудовском саммите можно только теоретически. В противном случае такой визит можно полагать капитуляцией и попыткой сохранить лицо, что не укладывается в стремление М. бен Салмана позиционировать себя самодостаточным и сильным региональным лидером. Хотя неожиданности в связи с саммитом в Москве вполне могут проявиться, в том числе именно из-за конфликтов в саудовской элите…

Общий язык в Идлибе

Визит президента РФ Владимира Путина в Анкару носил рабочий характер и был посвящен «сверке часов» по основным проблемам двусторонней повестки дня. Оставим в стороне строительство АЭС «Аккую» и газопровода «Турецкий поток», поставки томатов или продажу Турции ЗРК С-400.

Оценим перспективы координации действий сторон в Сирии, предположив, что дискуссия о мониторинге и функционировании зоны деэскалации в
Идлибе стояла в центре консультаций. Эта зона, где отслеживание ситуации должна осуществлять совместная ирано-российско-турецкая миссия, в последнее время тревожит и Москву, и Анкару, хотя по разным причинам.

Для Москвы Идлиб, где сконцентрирована основная часть радикалов из просаудовской «Джебхат ан-Нусры», представляет угрозу дестабилизации Сирии и срыва условий перемирия. Для Анкары — вопрос доминирования просаудовских групп и пропорциональное падение уровня своего влияния не только на севере страны, но во всей Сирии. Координации совместных усилий по минимизации активности «Джебхат ан-Нусры» в Идлибе и была посвящена, как можно догадаться, значительная часть российско-турецкого саммита.

О чем конкретно договорились лидеры двух стран, можно только предполагать, но судя по реакции представителей сторон после окончания саммита, вероятным будет вывод о том, что консенсус достигнут по всем вопросам. В этой связи следует ожидать скорого ввода турецкой вооруженной миссии во все крупные административные центры провинции Идлиб. Турецкой армии предстоит играть главную роль в установлении контроля за соблюдением условий функционирования зоны деэскалации внутри Идлиба, а по периметру провинции будут стоять иранцы и российские военные. Очевидно, определены и основные параметры силового воздействия российских ВКС и ВМФ на идлибские позиции «Джебхат ан-Нусры». На саммите удалось закрепить важный аспект российско-турецкого взаимодействия в Сирии: «Джебхат ан-Нусра» вне закона в границах перемирия и зон деэскалации.

Можно предположить, что турки в Идлибе не ограничатся мониторингом ситуации, но активно посодействуют усилению боевого потенциала подконтрольных групп, прежде всего расколотой «Ахрар аш-Шам». Эта организация сможет стать полноправным участником процесса перемирия.

Предыдущие раунды переговоров в Астане она бойкотировала, что вызвало гнев главного координатора астанинского формата от Турции, главы спецслужбы МИТ Х. Фидана, который два месяца назад дал директиву подконтрольным туркам оппозиционным группам не вступать с «Ахрар аш-Шам» ни в какие контакты. Теперь запрет отменен, что говорит — «Ахрар аш-Шам» находится в орбите Анкары. Косвенным подтверждением этого стали сообщения российского Центра по примирению враждующих сторон о том, что статус 12 представителей группировки «Ахрар аш-Шам» урегулирован в населенном пункте Дейр-эль-Фардис зоны деэскалации Хомс. Такой же процесс скоро начнется в Идлибе. Американцы при этом будут стоять в стороне. Ждать, что они смогут повлиять на операции турок по разгрому просаудовских групп в этой провинции, наивно.

Еще одна тема для обсуждения на российско-турецком саммите — референдум в Иракском Курдистане. Анкаре нужен был сигнал из Москвы о том, что
Россия не поддержит инициативу Эрбиля о независимости и не будет участвовать в снабжении вооружением и экипировкой иракских курдов. Судя по всему, нужные заверения Анкара получила. Позиция же США по этому вопросу не изменилась: они по-прежнему ставят на курдов и в Ираке, и в Сирии. Отношения администрации США с властями ИК после плебисцита не изменятся. Это подчеркнула на брифинге для журналистов представитель пресс-службы Госдепартамента США Х. Науэрт. Таким образом, угрозы возникновения американо-турецкого альянса на сирийском направлении нет и обязательства Эрдогана перед российской стороной о совместных действиях в Идлибе будут выполняться.

Пекин в астанинском формате

Китай готов присоединиться к переговорам в Астане как наблюдатель, если получит официальное приглашение. Об этом спецпредставитель правительства КНР по сирийскому урегулированию С. Сяоянь сказал журналистам. 15 сентября по итогам шестого раунда переговоров в Астане по Сирии заместитель главы МИДа Ирана Х. Ансари сообщил, что страны — гаранты перемирия (Россия, Иран и Турция) консультируются о направлении приглашений для новых наблюдателей астанинского процесса. Спецпредставитель президента РФ по сирийскому урегулированию А. Лаврентьев отметил: потенциально наблюдателями могут стать Китай, ОАЭ, Египет, Ирак и Ливан. Официальный представитель МИДа КНР Х. Чуньин заявила, что Пекин готов оказать активное содействие переговорам в Астане.

В основе намерения Китая присоединиться к астанинскому процессу, помимо активизации участия в сирийском конфликте и политически, и экономически (Пекин объявил о планах инвестировать в инфраструктуру САР), — вопрос безопасности. Китайские спецслужбы планируют расширить присутствие в Сирии, усилить представительство при посольстве КНР в Дамаске и установить рабочие контакты с тамошними коллегами. Ожидается, что одну из самых сильных в кадровом и техническом составе посольскую резидентуру в Дамаске будут формировать оперативные подразделения 1-го бюро Министерства общественной безопасности (МОБ) КНР. Эта служба серьезно усилилась с 2012 года, когда ей официально передали оперативный поиск и депортацию на родину членов уйгурского исламистского подполья. МОБ всегда занималось уйгурским вопросом, но только в Китае. Выход ведомства во «внешний мир» беспрецедентен.

Помимо этого, в функции министерства входит и борьба с коррупцией. Кстати, это используется главным конкурентом МОБ — внешней разведкой из Министерства государственной безопасности (МГБ) для того, чтобы скомпрометировать перед китайским руководством саму возможность МОБ активно работать за границей. Предполагается, что агенты 1-го бюро МОБ, которых на жаргоне спецслужб называют пандами, должны будут не только заниматься анализом террористической активности уйгур в самой Сирии, но и участвовать в их поиске в отрядах боевиков ИГ и «Джебхат ан-Нусры». Таких, по данным китайских силовиков, в Сирии и Ираке более сотни.

В МОБ учитывают и то, что многие уйгуры сейчас прячутся или нелегально живут в Египте, и законно — в Турции. Перед руководством 1-го бюро поставлена задача активизировать (в случае с Турцией — реанимировать) рабочие контакты с египетскими и турецкими коллегами. Присутствие китайцев в Астане, где один из коспонсоров этого формата Анкара и куда скорее всего в ближайшее время в качестве наблюдателя придет Каир, призвано решать и эту задачу. В случае с Турцией, считающейся основным спонсором тюркоязычных уйгуров, это будет сложно. Напомним, что год назад между Пекином и Анкарой разгорелся скандал, связанный с решением Бангкока о депортации под нажимом МГБ КНР группы исламистов-уйгуров из Таиланда, хотя у тех уже имелись паспорта Турции, переданные им через посольскую резидентуру МИТ в Таиланде. Выдвижение МОБ для двустороннего сотрудничества по вопросам безопасности логично в силу того, что турецкие спецслужбы не желают иметь дела с МГБ. Насколько это окажется продуктивным, сказать сложно. Анкара не отказывается от распространения влияния на тюркоязычном пространстве, а уйгуры играют в этом одну из ведущих ролей и находятся под опекой МИТ, как и узбеки из «Хизб ут-Тахрир» и Исламского движения Узбекистана (ИДУ).

Резидентура МОБ в Дамаске будет активно участвовать в операциях нейтрализации уйгурских боевиков в Сирии. Скорее всего и египтяне с пониманием воспримут просьбы МОБ о взаимодействии. При этом вопрос об оппозиции Анкары сотрудничеству Каира с китайскими спецслужбами египтян только обрадует, поскольку АРЕ и Турция ведут активную подрывную борьбу друг против друга. Турки стимулируют террористическую активность на Синае, а египтяне финансируют Рабочую партию Курдистана (РПК) через ее представительство в Каире.

Tags: Ближний восток, Дейр-эз-Зор, Идлиб, Китай, США, Саудовская Аравия, Сирия, аналитика, война, дипломатия, курды, нефть
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments